Кадры с места операции по спасению пострадавших при жесткой посадке Ан-2. ГУ МЧС по Северной Осетии.
53-летний Хазби Годжиев летел в составе группы вместе со спортсменами-парашютистами. Всего на борту изначально находились 15 человек, однако восемь парашютистов десантировались до посадки. В момент приземления в самолете остались семь человек: два пилота, трое детей и двое мужчин, одни из которых был Хазби.
Пассажир рассказал «Сапе», что он открывал дверь парашютистам и закрывал ее после прыжков. После того, как все парашютисты выпрыгнули, он закрыл дверь, все было в штатном режиме. На борту также оставался отец с двумя больными коклюшем девочками, а третьего ребенка взяли на борт просто покататься.
«Потом мы уже снижаться начали, я просто увидел в иллюминаторе лес. Я сейчас не могу вспомнить, просто сам уже понял, что-то произойдет. Успел крикнуть: «Приготовиться». Детей мы схватили и под себя. Если бы мы были пристегнуты, нас бы поубивало», — говорит Хазби.
© Фото: Sapa Media
Мужчины с детьми легли на пол ближе к кабине самолета, закрыли детей, чтобы они получили меньше травм. Потом произошел удар. После жесткой посадки Хазби открыл двери Ан-2, спустился вниз и начал принимать детей, затем отвел их в безопасное место.
«Потом мы уже с этим мужчиной начали вдвоем, он летчиков доставал из кабины и мне передавал, я же внизу был», — рассказал пассажир.
После приземления пилоты были в тяжелом состоянии, двое мужчин-пассажиров пытались остановить им кровь. Летчики были в сознании и давали инструкции — так получилось отсоединить аккумуляторные батареи, чтобы Ан-2 не загорелся.
«Кукурузник» ДОСААФ совершил жесткую посадку 31 августа в горно-лесистой труднодоступной местности. Пострадали семь человек, в том числе трое детей. Двоих взрослых пассажиров медики отпустили после осмотра. Двух пилотов госпитализировали в тяжелом состоянии.
Следком на транспорте начал проверку по факту случившегося. Воздушное судно в последний раз ремонтировали в апреле, после этого оно совершило три полета, третий был вчера.